ВХОД
ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО
ТЕСТЫ

Судебная психиатрия

 

Глава 3

 

ОРГАНИЗАЦИЯ И ПРОВЕДЕНИЕ СУДЕБНО-ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

 

Назначение судебно-психиатрической экспертизы

 

В основе правового положения экспертов в нашей стране лежит их независимость от сторон в судебном процессе. Это исключает столь характерную для судов некоторых стран ситуацию «боя экспертов», иной раз отодвигающую на второй план основную цель экспертизы — установление объективной истины, а именно определение психического состояния подэкспертного.

 

Судебные психиатры решают вопросы о вменяемости, о дееспособности, о возможности отбывания наказания, о способности свидетеля и потерпевшего правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания, а также о применении тех или иных мер медицинского характера в отношении невменяемых.

 

Независимость судебных психиатров от сторон в судебном процессе обеспечивается тем, что экспертиза в нашей стране находится полностью в ведении органов здравоохранения и не оплачивается заинтересованной стороной. Вместе с тем такая независимость не только не исключает, но, наоборот, подчеркивает необходимость строгого согласования всех правил и норм психиатрического освидетельствования (включая и безусловное соблюдение деонтологических принципов) и всех положений статей Уголовного, Уголовно-процессуального, Гражданского и Гражданского процессуального кодексов, касающихся проведения экспертизы.

 

В этой связи психиатры, проводящие судебно-психиатрические экспертизы, должны не только обладать должной профессиональной квалификацией, но и знать свои права и обязанности специально оговоренные в соответствующих статьях кодексов а также правовые положения, охраняющие интересы лиц, подвергаемых судебно-психиатрическому освидетельствованию. Для согласованных действий по организации и проведению судебно-психиатрической экспертизы разработаны специальные межведомственные инструкции Министерства здравоохранения, прокуратуры, Верховного Суда, Министерства юстиции и Министерства внутренних дел.

 

В соответствии с уголовно-процессуальным и гражданским процессуальным законодательством и Инструкцией о производстве судебно-психиатрической экспертизы, утвержденной Минздравом СССР в 1970 г., судебно-психиатрическая экспертиза производится по постановлению следователя, прокурора, органа дознания, по определению суда и определению (постановлению), вынесенному единолично по делу частного обвинения или в порядке досудебной подготовки гражданского дела (п. 4 Инструкции). Ходатайствовать о назначении экспертизы по уголовным делам могут обвиняемый, потерпевший, их законные представители, защитник с момента участия в деле, обвинитель в судебном заседании. В гражданском процессе имеют право ходатайствовать о назначении экспертизы истцы, ответчики, их представители и прокурор, если последний участвует в деле. При возбуждении дела о признании гражданина недееспособным судебно-психиатрическая экспертиза является обязательной независимо от заявленных ходатайств.

 

Согласованность медицинских и юридических аспектов организации и проведения судебно-психиатрической экспертизы обеспечивается специальной подготовкой как психиатров (стажировка, специализация на рабочих местах, ординатура, циклы при институтах усовершенствования врачей и др.), так и юристов. На юридических факультетах обязателен курс судебной психиатрии; в системе повышения квалификации следователей, прокуроров, судей и других юридических работников также проводятся специальные занятия по судебной психиатрии. Знание основ судебной психиатрии работниками следствия, адвокатуры, прокуратуры, суда — одно из важнейших условий правосудия: именно от них в первую очередь, зависит своевременная постановка вопрос о судебно-псиахиатрической экспертизе или, наоборот, отклонение ходатайств об освидетельствовании, если для этого нет достаточных оснований. Кроме того, осведомленность юристов в вопросах судебно-психиатрической практики позволяет им более полноценно подготовить материалы дела, предоставляемые для изучения экспертам (предварительный сбор медицинских документов, характеристик, целенаправленный опрос свидетелей о психическом состоянии подэкспертного и т. д.), а также дает возможность более аргументированно оценить акт судебно-психиатрического освидетельствования, принять заключение экспертов о вменяемости, дееспособности или высказаться о проведении дополнительной и даже повторной экспертизы.

 

Таким образом, не только само направление лица на судеб-но-психиатрическую экспертизу, но и полнота материала, который ляжет в основу суждений психиатров-экспертов при решении поставленных перед ними вопросов, а также оценка правильности решения этих вопросов во многом зависят от судебно-психиатрической грамотности юристов.

 

В этой связи является особо важной разработка тех критериев, которые дают основания сомневаться в психическом здоровье лица, оказавшегося в сфере следственно-судебного разбирательства или в местах лишения свободы. Правильное применение этих критериев обеспечивает своевременное назначение экспертизы. Некоторые из этих критериев достаточно просты, другие требуют специальных знаний и опыта.

 

Одним из формальных оснований для сомнения в психической полноценности лица, вовлеченного в следственно-судебную ситуацию, являются сведения о его лечении в прошлом в психиатрических больницах или о том, что он состоит на учете в психоневрологическом диспансере. Такое же значение имеют данные трудовой и военно-психиатрической экспертизы об инвалидности или негодности к военной службе по состоянию психического здоровья. Сведения о высокой частоте психических заболеваний среди родственников, об обучении во вспомогательной школе, о явных странностях поведения, о попытках самоубийства также должны приниматься во внимание, но они должны быть объективизированы (справки из психиатрических учреждений, характеристики и т. д.), чтобы стать реальным поводом к назначению экспертизы.

 

Имеют значение сведения о перенесенных в прошлом заболеваниях головного мозга (энцефалит, менингит), травмах черепа если они сопровождались психическими нарушениями, вызвали ухудшение успеваемости в учебе или снижение трудоспособности. Могут приниматься во внимание заявления соответствующих общественных организаций, характеристики и отзывы учреждений с указанием на психическую неполноценность данного лица. Свидетели по делу по собственной инициативе могут высказывать сомнения в психической полноценности обвиняемого. В этом случае их показания обязательно уточняют, конкретизируют и стараются получить подробные сведения о психическом состоянии обвиняемого у его родственников и других свидетелей.

 

Предварительная, до назначения экспертизы, объективизация всех этих данных чрезвычайно важна, так как она может предупредить необоснованное назначение экспертизы или, наоборот, будет содействовать своевременному проведению экспертизы и правильному экспертному решению. Необходимо учитывать, что как в уголовном, так и в еще большей степени в гражданском процессе данные о наследственной отягощеннос-ти, о тех или иных странностях в поведении и понимаемых в бытовом смысле признаках психических расстройств могут умышленно и неумышленно искажаться и извращаться. Симуляция и дкссимуляция не только своего настоящего психического состояния, но и анамнеза — нередкое явление в судебно-психиатрической практике. Родственники и другие лица, заинтересованные в исходе уголовного или гражданского дела, также могут давать предвзятые оценочные квалификации «психической ненормальности» психически здоровых лиц или, наоборот, говорить о психической норме у душевнобольных. Прямо противоположные показания о психическом здоровье лица, подвергающегося судебно-психиатрическому освидетельствованию в гражданском процессе, довольно часто дают свидетели, заинтересованные в установлении дееспособности или недееспособности этого лица. В связи с этим только после всесторонней объективизации все сведения могут стать достаточными аргументами для назначения экспертизы.

 

Следователь, судья, изучая личность обвиняемого, обычно могут получить достаточный материал о формировании его личности, о социальном поведении, о круге интересов, о ценностных ориентациях. Странное, социально-психологически неадекватное поведение в семье, быту, на производстве, отмеченное задолго до привлечения к уголовной ответственности или судебного определения дееспособности-недееспособности, должно быть поводом для направления на экспертизу. То же относится к необычности или безмотивности правонарушения или действия (завещание или сделка и т. д.), ставшего предметом разбирательства в гражданском процессе. Иногда психологическая непонятность, крайняя демонстративность общественно опасного действия бывают первыми признаками психического заболевания.

 

Некоторые неболезненные по своей природе антисоциальные формы поведения могут производить впечатление странных, причудливых, лишенных понятных мотивов, что вызывает сомнение в психической полноценности обвиняемого. То же относится и к особой жестокости, проявляемой иногда преступниками при совершении преступлений. Эти признаки сами по себе не могут служить доказательством психического расстройства, они должны учитываться лишь в совокупности с другими данными об особенностях личности и поведения обвиняемого, но это уже другой вопрос. Данные о странности поведения, об особой жестокости и безмотивности преступления — показания к назначению экспертизы. Экспертиза может установить связь этих данных с болезненным расстройством психики и дать заключение о невменяемости. Если эти особенности поведения и правонарушения относятся к вменяемому, то они не как болезненные, а как личностные особенности преступника получают соответствующую оценку суда.

 

Наряду с теми данными, которые добываются в ходе предварительного следствия или судебного разбирательства на основании свидетельских показаний, медицинских документов, бытовых и производственных характеристик, а также самого деяния, приведшего к уголовному или гражданскому процессу, следователь, прокурор, адвокат, судья, а также администрация мест лишения свободы могут на основе своих знаний о проявлениях психических заболеваний высказать в соответствующих случаях предположение о психическом расстройстве и поставить вопрос о судебно-психиатрическом освидетельствовании.

 

Не только странное, нелепое поведение в следственном изоляторе, в зале судебного заседания или в местах лишения свободы, но и определенные жалобы и высказывания могут быть поводом для направления на экспертизу. Жалобы на путаницу мыслей, на неспособность сосредоточиться и понять смысл происходящего, на «голоса» и «воздействие со стороны», на страхи и чувство враждебного, угрожающего отношения окружаюших, что находит отражение в неправильном поведении, должны стать показанием к направлению на экспертизу. Во время допросов подследственных или бесед с осужденными могут выявиться и другие признаки психической несостоятельности, которые также должны давать повод к направлению на экспертизу: неспособность правильно осмысливать вопросы, отвечать по их существу, непоследовательность, паралогичность рассуждений, пассивное, безучастное отношение к совершенному деянию и привлечению к уголовной ответственности или, наоборот, аффективные реакции, явно выходящие за рамки адекватных. Своевременность выявления и направления на экспертизу лиц, вызывающих сомнения в психической полноценности, свидетельствует о судебно-психиатрической грамотности юристов, является залогом правосудия и имеет существенное значение для профилактики повторных общественно опасных действий психически больных.

 

Признаки болезненного расстройства психики обвиняемого могут внезапно выявиться на любом этапе уголовного процесса, что и определяет время направления на судебно-психиатри-ческую экспертизу. Если перечисленные факты, вызывающие сомнения в психическом здоровье обвиняемого, становятся известны в процессе следствия, а поведение обвиняемого не требует его неотложного помещения в психиатрическое учреждение, то следует оформлять направление на судебно-психиатрическую экспертизу после того, как собрано достаточно материалов, характеризующих психическое состояние обследуемого вообще и в период совершения преступления в частности.

 

Различные обстоятельства, вызывающие сомнения в психическом здоровье обвиняемого, далеко не всегда достаточны для вывода об имеющейся у него психической болезни и для установления невменяемости. Они лишь служат показанием к судебно-психиатрической экспертизе. На основании этих фактических данных следователь формулирует постановление о направлении на экспертизу (суд в соответствующих случаях выносит определение о проведении судебно-психиатрической экспертизы).

 

Проведение судебно-психиатрической экспертизы

 

Судебно-психиатрическим экспертом может быть только лицо, имеющее звание врача и прошедшее специализацию по психиатрии. Кроме того, эксперт должен быть объективен, не иметь личной заинтересованности в результатах экспертизы. Обладая специальными познаниями и практическим опытом в области психиатрии, эксперт призван помочь следствию и суду выяснить те фактические обстоятельства по делу, которые не могут быть установлены без экспертизы (ст. 283 У ПК РФ). Знакомясь с доказательствами по делу, эксперт своими разъяснениями и выводами помогает следствию и суду установить, имеют ли они дело с психически больным или психически здоровым человеком, каков характер психического заболевания, если оно имеется.

 

Проведение судебно-психиатрических экспертиз, как правило, поручается постоянным судебно-психиатрическим комиссиям, которые работают на базе психоневрологических диспансеров или психиатрических больниц. Состав этих комиссий утверждается приказом обл(гор)здравотдела области или города, где они создаются. Кроме того, следователь и суд могут сами определить персональный состав экспертной комиссии или поручить Министерству здравоохранения образовать такую комиссию. А также следователь и суд могут поручить проведение судебно-психиатрической экспертизы любым врачам, имеющим специализацию по психиатрии. Наиболее сложные, в том числе повторные, экспертизы могут быть поручены Государственному научному центру социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского.

 

Судебно-психиатрическая экспертиза, как правило, проводится комиссионно в составе не менее трех психиатров: докладчика, члена и председателя комиссии. В диагностически сложных и наиболее ответственных случаях комиссия обычно состоит из большего числа членов; проведение экспертизы двумя или одним психиатром допускается лишь как исключение при объективной невозможности обеспечить полный состав комиссии.

 

Права и обязанности экспертов

 

Согласно процессуальному законодательству эксперт имеет право с разрешения следователя и суда знакомиться с данны­ми уголовного дела, необходимыми для экспертного заключения. Органы, назначающие экспертизу, обязаны предоставить экс­перту необходимые материалы. Предоставляемые в распоряже­ние экспертов-психиатров следствием или судом сведения явля­ются фактическими данными, которые рассматриваются как объективный анамнез свидетельствуемого в противоположность субъективному анамнезу, сообщаемому им на экспертизе. Эти данные включают медицинскую документацию (подробные выписки из истории болезни, их копии или подлинники), протоколы свидетельских показаний, характеристики с места работы и жительства и иногда письменную продукцию обследуемого (например, его дневники, записи, сочинения и т. д.).

 

При анализе указанных материалов следует иметь в виду, что особые трудности для экспертизы представляет оценка психического состояния больных на начальных стадиях заболевания, при медленно текущих, «вялых» формах психических расстройств, в период полных ремиссий, а также при психопатических проявлениях. Очевидцы общественно опасного деяния и те, кто знал обследуемого по работе или в быту, нередко не замечают таких болезненных симптомов или не придают им серьезного значения, объясняют их особенностями характера, отрицательным влиянием микросоциальной среды или иными «психологически понятными» причинами.

 

На продромальной и начальной стадиях многих психических болезней больные зачастую остаются включенными в реальную жизнь. Они предъявляют неспецифические жалобы — на головную боль, недомогание, переутомление и т. п. В то же время на фоне упорядоченного поведения у них могут эпизодически наблюдаться отдельные неожиданные странные и нелепые поступки, в том числе и общественно опасные.

 

При медленном, вялом течении болезни (в частности, при шизофрении, эпилепсии и др.) у больных может длительно сохраняться относительная социальная адаптация. Окружающие нередко считают их людьми со странностями, оригиналами, но в характеристиках нет никаких данных, которые вызвали бы подозрение о наличии психического заболевания. По собственной инициативе свидетели могут не сообщать о необычных поступках данного лица, если их об этом не будут спрашивать.

 

Эксперты-психиатры должны своевременно обращать внимание на материалы дела, характеризующие личность обследуемого. В случае необходимости следует ходатайствовать о предоставлении дополнительных сведений. Их можно получить прежде всего путем допроса свидетелей о психическом состоянии и поведении Данного лица до правонарушения, в момент его совершения и в Дальнейшем. Эксперт-психиатр может в консультативном порядке сообщить следователю, какие стороны психического состояния подэкспертного следует дополнительно выяснить и у кого из родственников, сослуживцев и т. п. Иногда экспертам приходится формулировать вопросы, которые следователь должен задать свидетелю для уточнения состояния обвиняемого.

 

Хотя материалы дела являются основными документами, которые используют эксперты, изучая жизнь и поведение обследуемого, иногда они содержат различные и даже протиюположные характеристики и свидетельские показания. Понятно, что эксперт не может односторонне использовать содержащиеся в уголовном деле противоречивые данные, иначе суд может определить проведение повторной экспертизы. Отметив различные стороны поведения подэкспертного, в дальнейшем в мотивировочной части акта следует дать разъяснение этим противоречиям, указав, например, что заключению о невменяемости при диагнозе шизофрении не противоречат данные о том, что обследуемый вел себя внешне упорядоченно, имел положительные производственные характеристики и т. д.

 

При назначении судебно-психиатрической экспертизы обвиняемому перед экспертами-психиатрами, как правило, ставят следующие вопросы: страдает ли он каким-либо психическим расстройством, и если страдает, то мог ли он осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими при совершении инкриминируемого ему деяния, т. е. вменяем ли он. Для оценки возможности участия в судебно-следственных действиях важно установить и психическое состояние подэкспертного в период экспертизы.

 

При констатации психического заболевания, возникшего после совершения преступления, но до вынесения приговора, так же как при вынесении заключения о невменяемости, перед экспертами-психиатрами ставят вопрос о том, нуждается ли обследуемый в применении мер медицинского характера и каких именно.

 

Наряду с этими общими вопросами обстоятельства дела могут потребовать выяснения и ряда других моментов. В частности, следственные органы и суд могут интересовать время начала заболевания, состояние психического здоровья обследуемого в различные периоды его жизни, а не только в момент совершения преступления. При совершении невменяемым больным общественно опасного действия вскоре после выписки из психиатрической больницы может возникнуть сомнение в правомерности и своевременности его выписки. Могут также встать вопросы об обоснованности ранее выставленных психиатрических диагнозов и принятых экспертных решений, о наличии или отсутствии симулятивного поведения и др.

 

Согласно ст. 57 УПК РФ эксперт несет ответственность за отказ и уклонение от дачи заключения в судебном заседании либо при зводстве предварительного следствия или дознания. В тех случа-х когда экспертам для решения поставленных перед ними вопросов необходимы дополнительные материалы дела (опросы свидетелей, характеристики, медицинские документы и т. д.) или специальные обследования и консультации узких специалистов (например, нейрохирургов, сексопатологов), без которых невозможно дать экспертное заключение, экспертная комиссия может использовать эти обстоятельства как объективную причину временного, до получения этих данных, отказа от дачи заключения. В таких случаях следственно-судебные органы обязаны обеспечить экспертов всеми необходимыми данными и консультациями, на которые те указывают, мотивируя свой отказ от дачи заключения.

 

Если поставленные перед экспертом вопросы выходят за пределы его специальных познаний, он в письменной форме сообщает органу, назначившему экспертизу, о невозможности дать заключение, подробно объяснив мотивы отказа.

 

В ряде случаев для получения дополнительных данных бывает необходим опрос родственников подэкспертного самим психиатром-экспертом. Профессиональный врачебный опрос может выявить ряд существенных для правильной диагностики обстоятельств. На такую беседу врач должен получить официальное разрешение следственно-судебных органов, и родственники к экспертам в таких случаях вызываются через эти органы. Беседуя с родственниками, ни в коем случае не следует делать нравоучительных высказываний, например, упрекать в неправильном воспитании сына, дочери, что якобы способствовало совершению преступления. Родственников подэкспертного всегда интересуют те или иные обстоятельства, связанные с возбужденным уголовным делом против их близкого; однако эксперт не имеет права разглашать данные предварительного следствия или дознания без разрешения прокурора, следователя или лица, производящего Дознание, о чем его предупреждает ст. 310 УК РФ.

 

Виды судебно-психиатрической экспертизы

 

В соответствии с действующей Инструкцией о производстве судебно-психиатрической экспертизы и на основе сложившейся многолетней практики судебно-психиатрическая экспертиза осуществляется в следующих видах:

— экспертиза в кабинете следователя;

— амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза;

— стационарная судебно-психиатрическая экспертиза;

— экспертиза в судебном заседании;

— заочная (и как частный вид — посмертная) судебно-психиатрическая экспертиза.

 

Экспертиза в кабинете следователя. Этот вид судебного освидетельствования в практике носит характер консультации, так как обычно проводится при однократном осмотре обследуемого одним психиатром. При экспертизе в кабинете следователя нет возможности провести обследование даже в той мере, в какой оно осуществляется при амбулаторной экспертизе, и поэтому обычно не выносится заключение о вменяемости (невменяемости). Психиатр дает заключение по ряду других интересующих следователя вопросов: о психическом состоянии лица в данное время, о необходимости проведения ему экспертизы определенного вида (амбулаторная, стационарная), о возможности подвергать обследуемого по состоянию его психического здоровья допросам и проводить очные ставки с его участием и т. п.

 

При заключении о необходимости амбулаторного или стационарного освидетельствования врач-эксперт может сообщить следователю, какие материалы будут необходимы экспертной комиссии, какие обстоятельства, касающиеся психического состояния обвиняемого, нужно уточнить при допросах свидетелей. При психиатрической консультации, в отличие от экспертизы, заключение имеет предположительный характер. Конечно, зачастую психиатр приходит к определенному выводу по поставленным ему вопросам и в кабинете следователя. Так, он может вынести заключение, что обвиняемый или подозреваемый не нуждается в судебно-психиатрической экспертизе ввиду отсутствия каких-либо признаков психического расстройства. При явном психическом заболевании и соответствующей медицинской документации он может посоветовать провести лишь амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу. В ряде случаев эксперт-психиатр приходит к выводу, что обследуемый в связи с особенностями психического состояния или с необходимостью проведения лабораторных исследований нуждается в стационарной психиатрической экспертизе.

 

Амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза. Экспертиза того вида состоит в однократном, реже повторном, освидетельствовании лица комиссией психиатров. Основное преимущество амбулаторной экспертизы — ее краткосрочность и оперативность, а недостаток — ограниченные возможности обследования наблюдения. В случаях затруднений в распознавании болезни и определении ее тяжести, необходимости дифференциальной диагностики при первичном установлении диагноза хронического психического заболевания необходимо стационарное обследование. Это обстоятельство не должно приводить к недооценке амбулаторной экспертизы, так как во многих случаях она способна дать ответ на все вопросы следственных органов и суда. Возможности амбулаторной экспертной комиссии в решении поставленных перед ней вопросов во многом предопределяются правильной подготовкой следственно-судебными органами всех нужных экспертам медицинских и следственных материалов, о которых говорилось выше.

 

Во время амбулаторного освидетельствования врач-докладчик изучает материалы дела, обследует подэкспертного, составляет историю болезни. Члены комиссии также знакомятся с делом и после доклада им истории болезни беседуют с подэкспертным. Затем выносится заключение и оформляется акт экспертизы амбулаторной комиссии. В некоторых случаях возникает необходимость провести повторную (обычно через несколько дней) беседу с подэкспертным, и тогда при оформлении акта указывают даты освидетельствования, отмечается динамика психического состояния и дается единое заключение. Если экспертная комиссия не может дать ответ на поставленные вопросы, то она выносит заключение о необходимости стационарной экспертизы.

 

Амбулаторная экспертиза может вынести окончательное решение при освидетельствовании психически здоровых лиц, совершивших правонарушение в состоянии простого алкогольного опьянения, в случаях кратковременных расстройств психической Деятельности в момент совершения преступления. Решающим обстоятельством в этих случаях являются материалы уголовного дела, если они содержат достаточно данных, характеризующих психическое состояние лица в момент инкриминируемого Деяния. Амбулаторная экспертиза может вынести окончательное решение и при несомненных психических заболеваниях, подтверждаемых медицинскими документами

 

Большую долю работы амбулаторных комиссий занимает освидетельствование лиц, состоящих на учете в психоневрологических диспансерах с нерезко выраженными психическими расстройствами (легкие формы дебильности, остаточные явления черепно-мозговой травмы, хронический алкоголизм, последствия перенесенных в детстве нейроинфекций, психопатические черты характера). Окончательное заключение об их вменяемости также может вынести амбулаторная экспертиза. Однако психотические эпизоды и состояние декомпенсации в анамнезе в таких случаях говорят о необходимости стационарной экспертизы. Амбулаторную экспертизу проходят лица, нуждающиеся в определении дееспособности, а также большинство свидетелей и потерпевших. Потерпевшим по делам об изнасиловании, особенно несовершеннолетним, следует стремиться проводить только амбулаторную экспертизу. Пребывание таких лиц в стационаре нецелесообразно по деонтологическим соображениям.

 

Стационарная судебно-психиатрическая экспертиза. Стационарная судебно-психиатрическая экспертиза предусмотрена уголовно-процессуальным законодательством. Статья 203 УПК РФ гласит: «Если при назначении или производстве судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы возникает необходимость в стационарном обследовании подозреваемого или обвиняемого, то он может быть помещен в медицинский или психиатрический стационар.

 

Подозреваемый или обвиняемый, не содержащийся под стражей, помещается в медицинский или психиатрический стационар для производства судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьей 165 настоящего Кодекса». Основанием для назначения стационарной экспертизы служат данные анамнеза и статуса, которые позволяют предположить начальные этапы или стертые формы процессуальных заболеваний или динамику психопатических, невротических состояний к моменту преступления или проведения экспертизы. Лица, обнаружившие при амбулаторном освидетельствовании признаки психоза, но ранее не получавшие психиатрической помощи, как правило, нуждаются в стационарном обследовании. Стационарная экспертиза необходима также при трудностях дифференциальной диагностики и определении степени (тяжести) психических изменений, в том числе и при определении снижения интеллекта, для уточнения характера и частоты пароксизмальных состояний. Необходимость длительного клинического наблюдения и лабораторных исследований (спинно-мозговая пункция, электроэнцефалография и др.) является прямым показанием для назначения стационарной экспертизы.

 

Для проведения стационарной экспертизы в психиатрических больницах Министерства здравоохранения создаются судебно-психиатрические отделения или выделяются специальные палаты в общих отделениях. Судебно-психиатрические отделения организуются для лиц, не содержащихся под стражей, и реже — охраняемые силами и средствами органов Министерства внутренних дел — для лиц, содержащихся под стражей. В них помещают только обвиняемых и осужденных. Гражданские истцы и ответчики, а также потерпевшие и свидетели для стационарной судебно-психиатрической экспертизы направляются в общие отделения психиатрических больниц.

 

В отношении подэкспертных, не взятых под стражу, должны сохраняться все те права, которые охраняют интересы больных, находящихся на лечении на общих основаниях: возможность свиданий, свободной переписки, прогулок в больничном саду и т. д. В отношении обследуемых, находящихся под стражей, существует ряд ограничений на переписку, свидания и т. д., которые оговорены в Основах уголовного судопроизводства. Следует прямо говорить об этом подэкспертным, поясняя, что они могут писать, но их письма пойдут через следственно-судебные органы, а разрешить свидание также могут только эти органы.

 

Стационарное обследование не должно продолжаться более 30 дней. Если за этот срок дать окончательное заключение о психическом состоянии и вменяемости обследуемого невозможно, то экспертная комиссия выносит решение о необходимости продления срока обследования, направляя это решение в письменном виде органу, назначившему экспертизу (п. 23 Инструкции о производстве судебно-психиатрической экспертизы).

 

На каждого обследуемого заводят клиническую психиатрическую историю болезни. В случае необходимости широко привлекают консультантов-специалистов — невропатологов и др.

 

При стационарной экспертизе используют лишь такие методы исследования и лечения, которые приняты в лечебных психиатрических учреждениях нашей страны. Лечение современными психотропными средствами лиц с психическими нарушениями не только улучшает их состояние, но и делает их более доступными продуктивному контакту и позволяет лучше понять динамику психических изменений, т. е. в конечном счете помогает проведению экспертизы. Все виды диагностических процедур и лечения врачи должны согласовывать с обследуемыми, если их психическое состояние позволяет проводить такое согласование и не содержит тех расстройств, которые могут представить опасность для окружающих и для самого больного. В период стационарной судебно-психиатрической экспертизы иногда требуется обследование подэкспертных различными лабораторными методами. К некоторым из них (например, к спинно-мозговой пункции) у обследуемых может быть крайне отрицательное отношение, порождающее категорический отказ. Если правильная психотерапевтическая беседа, разъясняющая подэкспертному в доступной форме основы методики обследования, не приносит желаемых результатов и он продолжает настаивать на своем отказе, то применение каких-либо иных форм воздействия, ущемляющих достоинство подэкспертного, недопустимо.

 

Если обследование, от которого категорически отказывается подэкспертный, имеет принципиальное значение для диагностики и решения экспертных вопросов, то рекомендуется об этом поставить в известность следственно-судебный орган, с санкции которого проводится экспертиза. С ведома указанных органов может быть проведена беседа с родственниками для получения их согласия на обследование подэкспертного. В таких случаях деонтологическая тактика эксперта обязана учитывать не только важность и необходимость лабораторного обследования, но и правовое положение подэкспертного: до решения экспертной комиссии и определения суда подэкспертный в юридическом плане не считается психически больным, а является лицом, находящимся под следствием, и его права оговорены рядом статей УПК РФ.

 

Во время стационарной экспертизы нецелесообразно разрешать какие-либо действия органов следствия с обследуемыми. Допросы, предъявление каких-либо документов, фотографий и т. п., имеющих отношение к уголовному делу, не допускаются, так как это нарушает контакт врачей не только с данным подэкс-пертным, но и с его соседями по палате и может нежелательно воздействовать на психическое состояние обследуемых.

 

Экспертиза в судебном заседании. Необходимость экспертизы в суде возникает при различных обстоятельствах. Ее проведение суд может определить обвиняемым, которые ранее не подвергались экспертному освидетельствованию и сомнение в их психилогической полноценности впервые возникло во время судебного рассмотрения дела. В таких случаях эксперт далеко не всегда может дать окончательное заключение, особенно в отношении лиц, которые не обнаруживали ранее психических нарушений. Чаше эксперт рекомендует направить обвиняемого на амбулаторную или стационарную экспертизу.

 

Иногда экспертная комиссия сама рекомендует проведение экспертизы в судебном заседании, так как затрудняется решить вопрос о вменяемости (или дееспособности) при противоречивых данных о психическом состоянии подэкспертного во время совершения правонарушения (или сделки в гражданском процессе). Экспертная комиссия предполагает оценить психическое состояние путем опроса свидетелей в судебном заседании. В таком случае на суде может присутствовать один эксперт, наблюдавший обследуемого ранее, так как отрывать от текущей экспертной работы всех членов комиссии зачастую нецелесообразно. Тем самым экспертный вопрос передается на единоличное решение. Подобные решения выносятся редко, поскольку практика экспертизы показывает, что в большинстве случаев при своевременном получении экспертами нужных материалов можно вынести заключение в условиях обычного обследования. В связи с этим решение экспертных вопросов на судебном заседании следует рекомендовать лишь в крайнем случае, когда при освидетельствовании нет иной возможности уточнить психическое состояние обвиняемого в момент преступления.

 

Чаще всего экспертов-психиатров вызывают на судебное заседание в отношении лиц, прошедших экспертизу с вынесением окончательного заключения. Вызов эксперта бывает связан с сомнением суда в правильности заключения, необходимостью разъяснения тех или иных положений экспертного заключения, получением неизвестных экспертам данных, которые, по мнению суда, могут иметь значение, и, наконец, изменением психического состояния и поведения обвиняемого. В последних случаях чаще приходится дифференцировать реактивный психоз, психогенную декомпенсацию и симуляцию.

 

До начала судебного заседания эксперт-психиатр должен ознакомиться с теми материалами уголовного дела, которые получены уже после проведения экспертизы. В случаях изменившегося состояния целесообразно ознакомиться с данными личного дела, в которых отражено поведение обследуемого в следственном изоляторе.

 

Во время судебного заседания эксперт внимательно наблюдает за поведением обвиняемого, анализируя факты, как подтверждающие вынесенное заключение, так и свидетельствующие об изменениях в психическом состоянии. С разрешения председательствующего эксперт может задавать вопросы свидетелям и обвиняемому. Спрашивать надо в понятной для опрашиваемого и для суда форме. В случае расхождения ответов, которые давались теми же свидетелями на предварительном следствии, рекомендуется в тактичной форме обратить на это внимание суда и самих свидетелей с тем, чтобы суд выяснил причину изменения показаний. Обследование обвиняемого следует проводить во время специального перерыва в судебном заседании в отсутствие состава суда и участников процесса.

 

Экспертов-психиатров вызывают в суд также по делам о невменяемых при направлении их на принудительное лечение. При этом суду может потребоваться согласовать с экспертом меры медицинского характера, оценить общественную опасность больного. Такие вопросы возникают и тогда, когда экспертная комиссия не рекомендует применение принудительных мер медицинского характера, что бывает при острых кратковременных психотических состояниях в момент совершения общественно опасного деяния. В таких случаях для предупреждения вызова эксперта в суд следует более аргументирование в мотивировочном разделе акта показывать кратковременность перенесенного психоза, отсутствие болезненных расстройств психики уже к моменту освидетельствования.

 

В судебном заседании вопросы задаются эксперту с разрешения председательствующего. Эксперт вправе указать на вопросы, выходящие за пределы его компетенции или излишне отвлеченные. Вопросы, выходящие за пределы компетенции эксперта-психиатра и не относящиеся к данной экспертизе, суд отклоняет.

 

Иногда эксперту-психиатру задают научные вопросы по его специальности, выходящие за рамки данного заключения, если их разъяснение имеет значение для оценки судом и участниками процесса выводов экспертизы. Это вопросы о различных вариантах прогноза при заболевании, установленном у обвиняемого, возможности сочетания симуляции с психическим заболеванием и др.

 

На судебном заседании заключение по поставленным вопросам эксперт представляет суду в письменном виде. Если в судебном заседании участвует несколько экспертов-психиатров и они придерживаются единого мнения, то представляется общее заключение. В случае расхождения экспертных мнений заключения подаются раздельно. В подобных случаях суд часто ставит перед каждым экспертом вопрос, почему он считает неправильным иное мнение, которого придерживаются другие эксперты.

 

В соответствии с п. 25 Инструкции о производстве судебно-психиатрической экспертизы при невозможности дать ответы на вопросы, поставленные судом (т. е. вопросы, непосредственно касающиеся экспертных выводов), эксперт в своем заключении делает вывод о необходимости направления обследуемого на стационарную экспертизу. Так же необходимо поступать в отношении признанных вменяемыми обследуемых, если у них ко времени суда возникли психические изменения, препятствующие участию в судебном процессе. Обычно в таких случаях речь идет о психогенных заболеваниях, но в судебном заседании установить подлинный характер и продолжительность подобных, состояний бывает трудно.

 

Заочная судебно-психиатрическая экспертиза проводится только по материалам дела, если невозможно непосредственное обследование обвиняемого (подозреваемого) или если необходимо выяснить психическое состояние умершего в тот или иной период его жизни. Такая посмертная экспертиза может назначаться при расследовании дел о самоубийствах, а также в гражданском процессе, когда возникает сомнение в психическом здоровье лица в момент составления им завещания или совершения иного юридического действия.

 

При заочной экспертизе психическое состояние подэксперт-ного оценивается на основании свидетельских показаний, медицинской документации (в этих случаях особенно важно получить подлинники историй болезни и амбулаторных карт), характеристик, письменной продукции обследуемого. Эксперт должен внимательно изучить документы и уметь связать в единое целое ряд мелких штрихов, имеющих место в отдельных характеристиках и показаниях, чтобы вынести заключение об особенностях психического состояния.

 

Иногда для получения более полных данных о психическом состоянии обследуемого целесообразно провести дополнительные допросы свидетелей и близких. После консультации психиатра с работниками следствия и суда это может проводиться с Участием одного из членов экспертной комиссии.

 

Недостаточность материалов, предоставленных в распоряжение экспертов, особенно при заочных экспертизах, может быть причиной отказа от дачи заключения. Неполнота сведений в некоторых случаях заочных (посмертных) экспертиз в уголовном процессе (но не в гражданском, где решаются вопросы дееспособности и действительности сделки) позволяет ограничиться предположительным заключением о психическом состоянии. Такое заключение необходимо тщательно мотивировать.

 

Заключение судебно-психиатрической экспертизы и его оценка следственными органами и судом

 

Заключение экспертной судебно-психиатрической комиссии оформляется актом экспертизы; его структура и принцип составления регламентированы ст. 204 УПК РФ, приказом Министерства здравоохранения СССР от 4 октября 1980 г. № 1030 «Об утверждении форм первичной медицинской документации учреждений здравоохранения» и приложениями к приказу.

 

Акт судебно-психиатрической экспертизы является одним из источников доказательств по делу. Приводимые фактические данные должны быть максимально точными и сопровождаться указанием, откуда они почерпнуты (из материалов дела, со слов обследуемого, из медицинской документации). Содержание акта должно быть понятно не только специалистам-психиатрам, но и судебно-следственным работникам. Он должен включать не только выводы о диагнозе и судебно-психиатрической оценке, но и обоснование этих выводов, вытекающее из данных о психическом состоянии подэкспертного в прошлом и в период обследования.

 

Акт судебно-психиатрической экспертизы состоит из введения, сведений о прошлой жизни обследуемого, истории настоящего заболевания (если таковое имеется), описания физического, неврологического и .психического состояния (включая результаты лабораторных исследований) и заключительной, так называемой мотивировочной части. Последняя состоит из выводов и их обоснования.

 

Подробные указания по составлению каждой из этих частей акта даны в приложении к Инструкции о производстве судебно-психиатрической экспертизы и в приложении к приказу Министерства здравоохранения, поэтому мы остановимся лишь на некоторых общих положениях и принципах его составления.

 

При изложении анамнеза необходимо отчетливо показать динамику выявленных экспертами психических нарушений. Анамнез должен быть прослежен до момента поступления лица на экспертизу, так как поведение в период следствия, а тем более пребывания под стражей имеет существенное значение для диагностики и судебно-психиатрической оценки. Особое внимание следует обращать на психическое состояние лица в период, относящийся к инкриминируемому деянию (имеется в виду состояние, непосредственно предшествующее правонарушению, в этот момент и сразу после него).

 

Расстройства, выявленные в анамнезе и обнаруженные при обследовании подэкспертного, должны быть описаны психопатологически квалифицированно. -При этом недопустимо ограничиваться одними психиатрическими терминами, так как тогда акт теряет свое доказательное значение. Описание психического статуса в акте отличается от такового в истории болезни. Оно должно быть более обобщенным. Терминологические определения симптомов следует сочетать с описанием высказываний и поведения обследуемого. Психопатологические проявления при описании не должны терять свойственную им синдромологичес-кую очерченность.

 

В заключении формулируется диагноз применительно к одному из четырех признаков медицинского критерия невменяемости (хроническое психическое расстройство, временное психическое расстройство, слабоумие или иное болезненное состояние психики). Затем в мотивировочной части акта приводится клиническое обоснование диагноза и аргументируется судебно-психиатрическая оценка применительно к юридическому критерию невменяемости.

 

В случаях невменяемости обосновывают рекомендуемые меры медицинского характера.

 

Выводы экспертов при судебно-психиатрической экспертизе являются ответами на вопросы, поставленные перед ними, и потому должны быть определенными. Это касается заключений о вменяемости, о дееспособности и др. Предположительное заключение допустимо лишь в некоторых случаях заочных экспертиз, в частности при самоубийствах, когда нельзя получить недостающие сведения. Иногда при четкой синдромальной характеристике состояния обследуемого вывод о вменяемости или невменяемости может быть определенным, но нозологическая форма заболевания указана лишь предположительно. В таком заключении отражаются современный уровень психиатрических знаний и различия во взглядах психиатрических школ. Особенно это относится к диагностике шизофрении. Так, иногда при заключении о наличии паранойяльного синдрома трудно отнести его к шизофрении, остаточным явлениям органического поражения головного мозга или патологическому развитию в рамках психопатий.

 

Иногда при проведении судебно-психиатрической экспертизы вскрываются обстоятельства, которые имеют значение для дела, но следствие и суд вопросов о них не ставят. Действующее законодательство (ст. 204 УПК РФ и Инструкция о производстве судебно-психиатрической экспертизы) предусматривает, что в таких случаях эксперты вправе указать на эти обстоятельства в своем заключении. Довольно типичным является установление на экспертизе клинических признаков хронического алкоголизма или наркомании у лица, совершившего в связи с этим общественно опасное деяние. В этих случаях при заключении о вменяемости экспертная комиссия, даже если такого вопроса перед ней не поставлено, должна дать заключение о необходимости применения принудительного лечения алкоголизма или наркомании (ст. 97, ч. 2 ст. 99, ст. 104 УК РФ).

 

Другой, также типичный пример: при освидетельствовании осужденных, направляемых на судебно-психиатрическое освидетельствование администрацией исправительно-трудовых учреждений или надзорными инстанциями, обычно ставится лишь один вопрос: может ли осужденный по своему психическому состоянию находиться в местах лишения свободы, отбывать наказание? Данные клинического обследования таких лиц нередко указывают на давно возникшее психическое заболевание. Предполагая, что признаки психического заболевания у осужденного имелись еще к моменту совершения общественно опасного деяния, эксперты могут указать на это в своем заключении. В таких случаях суд имеет право возбуждать в отношении этого лица дело по вновь открывшимся обстоятельствам и направлять его на экспертизу для определения вменяемости. Только на основании материалов личного дела осужденного, без изучения уголовного дела, эксперт не должен давать заключение о невменяемости; он может лишь высказать предположение о начале психического заболевания до совершения общественно опасного деяния, за которое был осужден данный подэкспертный.

 

Если правонарушение складывается из ряда следующих друг другом эпизодов, а перед экспертами не поставлены вопросы о дифференцированной оценке состояния обследуемого относительно каждого эпизода, то эксперты, установив качественные различия в психическом состоянии обследуемого в момент того или иного противоправного деяния, дают по ним раздельные экспертные оценки. Так, лицо, совершившее, например, кражу в состоянии простого алкогольного опьянения и убийство в состоянии острого алкогольного психоза, по первому общественно опасному деянию должно быть признано вменяемым, по второму — невменяемым. Поскольку убийство было совершено в состоянии временного болезненного расстройства психической деятельности, проявлений которого уже нет ко времени су-дебно-психиатрического освидетельствования, то принудительные меры медицинского характера по поводу этого общественно опасного деяния могут не применяться. Однако как лицо, страдающее хроническим алкоголизмом и совершившее первое общественно опасное деяние в состоянии вменяемости, обследуемый должен направляться на принудительное противоалкогольное лечение в местах лишения свободы.

 

Эксперт-психиатр вправе наряду с вопросом о вменяемости-невменяемости в своем заключении отметить, как должен относиться суд к показаниям этих лиц: как к показаниям психически здоровых или душевно больных людей (например, при самооговорах депрессивных больных).

 

В случаях признания подэкспертного вменяемым при наличии тех или иных психических расстройств большое значение приобретает мотивировочная часть судебно-психиатрического акта. Например, при признании лица, страдающего олигофре-нией, вменяемым следует не только обосновать его способность осознавать фактический характер и общественную опасность-своих действий (бездействия) либо руководить ими в отношении данного конкретного деяния, но и показать суду, что он все же имеет дело с человеком со сниженным интеллектом, особенности психики которого если и не были прямой причиной совершенного деяния, то могли способствовать этому.

 

Заключение экспертов подлежит оценке следственных органов и суда, которые анализируют судебно-психиатрический акт на предмет его информативности, а также полноту и достоверность изложенных в нем фактов. В результате заключение может быть принято ими или отвергнуто. Несогласие с экспертизой следственные органы и суд должны мотивировать и конкретно обосновать в постановлении или определении. Подобная мотивировка несогласия с экспертизой не только важна для обоснования этого процессуального действия, но и имеет большое значение для повторной экспертизы, так как указывает, какие обстоятельства вызывают у следователя или суда сомнение в экспертном заключении.

 

В соответствии со ст. 205 УПК РФ в случае недостаточной ясности или неполноты экспертного заключения по отдельным вопросам возможен допрос экспертов, давших заключение. Согласно ст. 207 УПК РФ возможно также назначение дополнительной экспертизы, которая может быть поручена тем же самым или другим экспертам. Существенные сомнения по поводу экспертного заключения, особенно касающиеся основных вопросов (прежде всего вменяемости), требуют повторной экспертизы, которая проводится комиссией экспертов в новом составе.

 

Изучение причин назначения повторных судебно-психиатрических экспертиз, представляющих собой результат несогласия следственных органов или суда с предыдущим экспертным заключением, показывает следующие наиболее типичные обстоятельства. Если первая экспертиза признает обследуемого вменяемым, то сомнения в правильности этого заключения могут вызываться, например, односторонностью отбора данных уголовного дела, когда приводятся доводы о психической сохранности и не оговариваются, не освещаются факты, вызывающие сомнение в психическом здоровье (например, вычурность и манерность в поведении некоторых психопатических личностей и т. д.). Неясность мотивов преступления, чрезмерная жестокость, отсутствие попыток скрыть преступление, неправильное поведение обвиняемого на допросах или в судебном заседании, нелепые объяснения совершенного преступления, непоследовательные высказывания также часто бывают причинами назначения повторной судебно-психиатрической экспертизы лицам, признанным вменяемыми.

 

Если первая экспертиза дала заключение о невменяемости, то поводом для сомнения служат корыстные мотивы общественно опасного деяния и попытки его сокрытия, совершение преступления в соучастии с другими лицами, внешне упорядоченное поведение обвиняемого, его формальная ориентировка в окружающем, сохранность прежних знаний и профессиональных навыков. Порождает сомнения и несовершенство самого акта экспертизы, когда эксперт обращает внимание только на патологические нарушения и не упоминает о сохранных сторонах психики, наблюдающихся у подэкспертного.

 

Кроме того, в случаях невменяемости отсутствие развернутого описания и аргументации патологических расстройств, а не только их констатация в акте при внешне сохранном облике больного, особенно при тяжких преступлениях, приводят к назначению повторной экспертизы.

 

Совокупность перечисленных фактов служит достаточным основанием для сомнений в правильности заключения и обусловливает назначение повторной экспертизы. На повторную экспертизу, как правило, направляются обвиняемые, чье психическое состояние представляет значительные трудности с точки зрения диагностики и судебно-психиатрической оценки. Это нередко сочетается с тяжестью совершенного правонарушения. Между выводами первой и повторной экспертизы возможны расхождения; часто при повторной экспертизе устанавливается невменяемость. Это обусловливается тем, что в результате повторного клинического обследования общее количество диагностически значимой информации увеличивается, выявляется ранее не замеченная, непостоянная психопатологическая симптоматика, уточняется динамика психического состояния.

 

Иногда при первой экспертизе оказываются недостаточно аргументированными клинико-психопатологическая квалификация и диагностика наблюдаемых болезненных явлений. При повторной экспертизе дополнительные объективные факторы облегчают принятие правильного решения. К ним относится дальнейшее изменение психического состояния обследуемого — как утяжеление болезненных явлений, так и их сглаживание, что в соответствии с закономерностями течения болезни помогает уточнить природу болезненных расстройств и определить их тяжесть. Кроме того, повторная экспертиза нередко располагает большим количеством фактического материала о личности обвиняемого и о его состоянии в момент правонарушения, особенно если она проводится по определению суда, а первая была проведена в стадии предварительного расследования.

 

Затрудняет вынесение экспертных заключений недостаточность содержащихся в уголовных делах материалов, характеризующих личность обвиняемого, его поведение в различных условиях, в разных ситуациях и особенно в период, предшествовавший правонарушению, во время его совершения и непосредственно после него, что особенно важно для установления временного расстройства психической деятельности. Отсутствие всей необходимой информации порою ведет к неоднократным повторным экспертизам и затрудняет работу не только первой, но и последующих экспертных комиссий, особенно если повторную экспертизу суд назначает без возвращения дела на доследование, в связи с чем получение дополнительных материалов становится для эксперта проблематичным.

 

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Рейтинг@Mail.ru