НУЖНОЕ
ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО
ТЕСТЫ

Судебная психиатрия

 

Глава 4
 

ПРОБЛЕМА НЕВМЕНЯЕМОСТИ

 

Теоретические аспекты проблемы невменяемости

 

В судебной психиатрии проблема невменяемости является центральной по научной и практической значимости. К решению этой проблемы судебные психиатры подходят с позиций научно-материалистического понимания психической деятельности и вытекающей из него детерминистской трактовки поведения человека.

 

Сложившееся к настоящему времени представление о вменяемости-невменяемости имеет свою историю, в которой основное место занимает материалистическое понимание психической деятельности, в частности волевой сферы и, в свою очередь, свободы воли, т. е. свободы распоряжаться своими действиями, выбирать характер и род поступка.

 

Важное значение для развития учения о невменяемости имели работы основоположников отечественной психиатрии В. X. Кандинского, С. С. Корсакова, В. П. Сербского, которые, исходя из материалистической трактовки воли; показали реальное содержание понятий вменяемости и невменяемости, их соотношение с клинической картиной психического заболевания.

 

В соответствии с основными положениями существующего уголовного права субъектом, ответственным за совершение преступления, может быть лишь вменяемое лицо; вменяемость является предпосылкой вины. Лицо, находящееся в состоянии невменяемости, не является субъектом преступления и не несет уголовной ответственности; совершенное им противоправное действие не может считаться преступлением, а представляет собой общественно опасное действие психически больного, к которому могут быть применены лишь меры медицинского характера. Таким образом, правильная трактовка понятий вменяемости-невменяемости играет большую роль в соблюдении законности.

 

Для обоснования невменяемости принципиальное значение имеет понимание существа болезненных расстройств психики как нарушений отражательной деятельности головного мозга с последующим формированием и закреплением искаженного восприятия. При психическом заболевании болезненное, измененное отражение объективно существующей реальности лишает человека способности правильно понимать и оценивать совершаемые поступки, регулировать свое поведение. Клинические данные свидетельствуют о том, что нарушение отражения реального мира при различных психических болезнях различно. Так, в одних случаях нарушается прежде всего высшая форма отражения — мышление, при других — чувственное познание и т. д. Болезненные расстройства психики могут приводить к нарушению социальной адаптации больных и к общественно опасным действиям, за которые они не несут юридической ответственности.

 

Формула невменяемости и основные вопросы судебно-психиатрической экспертизы

 

В соответствии с законом условия невменяемости, которыми руководствуется суд и на основе которых строится судебно-пси-хиатрическое заключение, определяются так называемой формулой невменяемости, данной в ст. 21 УК РФ.

«1. Не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики.

2. Лицу, совершившему предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера, предусмотренные настоящим Кодексом».

 

Многообразие клинических проявлений и различная тяжесть нарушений психики обусловливают в структуре формулы невменяемости два критерия: медицинский и юридический.

 

Медицинский критерий невменяемости представляет собой обобщающий перечень психических болезненных расстройств, которые подразделяются на 4 группы:

1) хроническое психическое расстройство;

2) временное психическое расстройство;

3) слабоумие;

4) иное болезненное состояние психики.

 

Первая группа включает непрерывно или приступообразно протекающие психические заболевания, имеющие тенденцию к прогрессированию и приводящие к глубоким и стойким личностным изменениям, — шизофрению, старческое слабоумие, пресенильные психозы, прогрессивный паралич и др.

 

Во вторую группу входят психические расстройства, имеющие различную продолжительность и заканчивающиеся выздоровлением. Сюда относятся алкогольные психозы в форме делирия, галлюциноза, параноида; реактивные психозы; исключительные состояния.

 

Третья группа болезней, составляющих медицинский критерий, объединяет все случаи различных по этиологии состояний стойкого снижения психической деятельности, сопровождающихся поражением интеллекта, в первую очередь мышления, памяти и критики, необратимыми изменениями личности, выраженным нарушением или невозможностью социального приспособления.

 

Четвертая группа включает состояния, не являющиеся психическими заболеваниями в узком смысле этого слова, но характеризующиеся теми или иными нарушениями психической деятельности: психопатии, психический инфантилизм и некоторые случаи глухонемоты.

 

Отнесение болезни к тому или иному признаку медицинского критерия в ряде случаев можно считать условным. В судебном процессе признак медицинского критерия (хроническое или временное психическое расстройство) не имеет решающего значения при определении невменяемости, но правильная квалификация состояния важна для прогноза и особенно для выбора мер медицинского характера. При этом необходимо иметь в виду, что понятие «хроническое психическое расстройство» не предопределяет неизбежной прогредиентности, исключающей озможность выздоровления. Ряд заболеваний, например, маниакально-депрессивный психоз и некоторые периодические психозы. У больных с органическим поражением головного мозга, зависимости от особенностей течения и соотношения длительности приступов и светлых промежутков могут быть отнесены как к хроническим, так и к временным расстройствам психической деятельности. Приобретенное слабоумие как следствие прогредиентных процессов, в частности экзогенно-органического генеза, также с одинаковым основанием может относиться и к хроническим психическим болезням, и к слабоумию. Вместе с тем нозологическая принадлежность заболевания играет существенную роль в характеристике психопатологических особенностей, тяжести расстройств психики. Все признаки медицинского критерия невменяемости отражают болезненную природу состояний. Однако существуют так называемые неболезненные аномалии психической деятельности, которые также могут вызывать сомнения в психической полноценности обследуемого.

 

По мнению известного отечественного психиатра А. В. Снеж-невского, высказанному в 1968 г., порой очень сложно разграничить «физиологически акцентуированное» и «патологическое». При этом возникает опасность отождествления необычных форм поведения в особых ситуациях с психопатологией. Основной путь преодоления диагностических трудностей в тщательном изучении взаимосвязей, возникающих между личностью и ситуацией. Разграничение «нормы» и «патологии» при этом может затрудняться постепенными переходами от психологически мотивированных реакций к патологическим, отличающимся в основном по выраженности или продолжительности. Неболезненные аномалии не подлежат психиатрическому анализу, он применим лишь к болезненным расстройствам психики. В то же время необходимо отграничение аномалий от внешне сходных с ними картин болезненных расстройств (разграничение аффекта физиологического и патологического, явлений утомления и астенического синдрома, естественной подавленности и психогенной Депрессии, неболезненного и патологического бредоподобного Фантазирования).

 

В. X. Кандинский относил аффекты к неболезненным изменениям психики. «Едва ли кто может сказать, — писал он,— что озлобление, запальчивость, раздражение суть состояния для Человека ненормальные». Из этого он делал вывод, что неболезненные расстройства душевной деятельности не должны исключать вменяемости; «исключают ее только душевные расстройства болезненные».

 

Отграничивая неболезненные изменения психики от психопатологических синдромов, нет надобности анализировать их влияние на поведение. Таким образом, применение медицинского критерия невменяемости при проведении судебно-психи-атрической экспертизы заключается в распознавании психической болезни и определении ее клинической формы, психопатологических особенностей, т. е. в установлении диагноза. Точная диагностика, основанная на знании проявлений и закономерности течения разных форм психических болезней, позволяет правильно оценить психическое состояние лица при судебно-пси-хиатрической экспертизе на различных этапах болезни.

 

Так как, согласно уголовному праву, вменяемость является предпосылкой вины, а невменяемые лица не несут ответственности, соответственно кардинально различаются преступления и опасные деяния, совершенные психически больными. Одной из основных задач судебной психиатрии является совершенствование судебно-психиатрической оценки психических нарушений. В общей психиатрии диагностический процесс ограничивается определением нозологического диагноза. В судебно-психиатрической практике это позволяет лишь установить медицинский критерий невменяемости, что является предпосылкой решения экспертного вопроса.

 

Судебно-психиатрическая оценка основывается на определении тяжести (глубины) диагностированных болезненных расстройств психики, составляющих основу юридического критерия невменяемости, который сформулирован в законе как «невозможность осознавать фактический характер, и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими». Юридический критерий включает два признака: интеллектуальный (невозможность осознавать фактический характер своих действий (бездействия) и волевой (невозможность руководить своими действиями), которые дают более полную, всестороннюю характеристику психических расстройств, выявленных у подэкспертного.

 

Судебно-психиатрическое понятие вменяемости предусматривает способность к правильному суждению, понимание значения и свойств своих деяний и возможность свободного выбора мотива своих поступков. В. П. Сербский подчеркивал, что вторая половина этого критерия более важна, так как свобода выбора предполагает свободу суждения, но не наоборот. Отсутствие внешних нарушений поведения, дезориентации в окружающем, сохранность определенных профессиональных и бытовых навыков и представлений еще не позволяют делать вывод о вменяемости. Вменяемый должен прежде всего понимать противоправность своих действий и прогнозировать их результаты. Клинический опыт судебных психиатров показывает, что это особенно важно учитывать при проведении экспертизы лицам с интеллектуальной недостаточностью и личностным дефектом (при органических поражениях головного мозга, олигофрении, шизофрении). Психологически понятные, реально-бытовые мотивы правонарушений возможны и у невменяемого.

 

По мнению как классиков судебной психиатрии, так и современных психиатров, наиболее сложным и в то же время значимым для судебно-следственных органов является соотнесение признаков медицинского и юридического критериев невменяемости, отражающих особенности состояния обследуемого в период правонарушения.

 

При многих психических расстройствах (олигофрении, последствиях травматического и сосудистого поражения головного мозга и др.) психопатологические проявления очень разнообразны, что еще больше усложняет диагностическую и экспертную оценку. В ряде случаев (в частности, при органическом поражении головного мозга сложного генеза) при экспертной оценке психических нарушений во время противоправного деяния клиническая конкретизация признаков юридического критерия должна проводиться путем установления синдромо-логического диагноза, а затем глубины и тяжести синдрома.

 

Возможно наличие медицинского критерия невменяемости при отсутствии обоих признаков юридического (например, при эпилепсии с редкими судорожными припадками и незначительными изменениями личности), что свидетельствует о вменяемости. Отсутствие одного из признаков юридического критерия (достаточная сохранность интеллектуально-мнестических функций) при изменении способности руководить своими действиями (например, при психопатии) делает экспертное заключение особенно сложным. При неболезненных аномалиях психики отсутствует медицинский критерий невменяемости и, несмотря на наличие юридического критерия, выносится заключение о вменяемости.

 

Решение экспертных вопросов в случаях возникновения психического заболевания после совершения преступления предусмотрено ч. 1 ст. 81 УК РФ, согласно которой освобождается от наказания лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.

 

В этих случаях медицинский и юридический критерии оценки психических расстройств несколько отличаются от таковых в формуле невменяемости ч. 1 ст. 21 УК РФ. Так, медицинский критерий состоит из одного признака «психическое расстройство», включающего хронические психические расстройства и временные психические расстройства. Указания на это имеются и в уголовно-процессуальном законодательстве в разделах, посвященных применению мер медицинского характера. Статья 442 УПК РФ предусматривает возможность развития душевной болезни после совершения преступления. При применении юридического критерия анализируется возможность обследуемого предстать перед следствием и судом, а не возможность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в период правонарушения, поэтому идентичные формулировки юридического критерия ч. 1 ст. 21 и ч. 1 ст. 81 УК РФ предполагают различные экспертные решения и юридические последствия.

 

Применение ч. 1 ст. 81 УК РФ обусловливает необходимость повторной судебно-психиатрической оценки состояния обследуемого (после прекращения принудительного лечения) для выяснения степени редуцирования психопатологической симптоматики и соответственно способности к адекватной оценке материалов следствия, самостоятельному осуществлению права на защиту, возможности отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими.

 

Законодательством ряда зарубежных стран предусмотрена, кроме вменяемости и невменяемости, так называемая уменьшенная вменяемость — снижение вины и ответственности лиц с признаками психических аномалий, которые не обусловливают невменяемости.

 

Вопрос о «степенях» вменяемости волнует психиатров и юристов уже второе столетие и периодически вызывает острые дискуссии. Опыт других стран показывает, что применение уменьшенной вменяемости приводит либо к сокращению срока наказания, либо к помещению осужденного в учреждения полутюремного-полупсихиатрического типа, порой не обеспечивающие необходимой специализированной помощи.

 

В отечественном законодательстве понятие уменьшенной вменяемости хотя официально никогда не существовало, однако в 20-е гг. XX в. эксперты нередко его применяли, исходя из того, что степень понимания и оценки своих действий, в том числе противоправных, как и уровень руководства ими, могут различаться в зависимости от ряда причин, в том числе и от некоторой интеллектуальной или эмоционально-волевой недостаточности (например, при психопатии, неглубоких остаточных явлениях органического поражения головного мозга и т. д.).

 

Вопросам ответственности таких лиц специально посвящена ст. 22 УК РФ. В статье говорится: «Вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности». Однако такое психическое расстройство учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для применения наряду с наказанием принудительной меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра (ч. 2 ст. 99 УК РФ).

 

Судебно-психиатрическое значение патоморфоза некоторых психических заболеваний

 

В последние десятилетия отмечаются значительные изменения в течении ряда психических заболеваний. Это необходимо учитывать судебным психиатрам, так как постоянно возникают новые вопросы, связанные с совершенствованием критериев вменяемости-невменяемости и пересмотром устоявшихся воззрений.

 

Изменения клинических проявлений шизофрении выражаются в преобладании неярко выраженных ее форм, иной синдромальной картине. Наблюдается увеличение частоты бредовых расстройств в рамках алкогольных, сосудистых психозов и др. Растет число невротических расстройств, одной из основных причин которых являются социальные потрясения.

 

Кроме отмеченных особенностей психических заболеваний, обусловленных патоморфозом, значительно увеличивается контингент лиц с впервые выявленной психической патологией.

 

Указанное обстоятельство объясняет рост числа направлений на судебно-психиатрическую экспертизу, что следует расценивать положительным образом.

 

Многие из обращающихся к психиатрам лиц с невыраженными формами психических заболеваний сохраняют трудоспособность, пользуясь психиатрической помощью лишь в случаях необходимости. Поэтому диагностическая и экспертная квалификация состояния при совершении ими общественно опасных деяний становится особенно трудной.

 

Анализ проблем судебно-психиатрической экспертизы невозможен без учета особенностей современной терапии психически больных. Широкое применение психотропных средств способствует формированию стойких терапевтических ремиссий с хорошей социальной и трудовой адаптацией, что также усложняет оценку психического состояния обследуемых.

 

К определению вменяемости-невменяемости при шизофрении, протекающей с нерезко выраженной симптоматикой, следует подходить с сугубо клинических позиций. Если у таких больных обнаруживаются выраженные расстройства мышления или эмоционально-волевой сферы, то можно говорить о медицинском и юридическом критериях невменяемости.

 

По мнению некоторых психиатров, в связи с патоморфозом клинические различия между шизофренией, неврозами и психопатиями будут становиться все менее ясными, поэтому судебно-психиатрическая экспертиза требует особой тщательности и осторожности. Иногда при вынесении заключения о вменяемости, несмотря на подозрение на вялотекущую шизофрению, состояние приравнивается к неврозу или психопатии, что облегчает понимание заключения юристами.

 

При стойкой ремиссии с незначительным дефектом больные шизофренией нередко совершают противоправные действия по реально-бытовым, психологически понятным мотивам. Сохранность основных психических функций, адекватная оценка совершенного и всей ситуации в целом дают основания для признания их вменяемыми, так как есть медицинский критерий невменяемости, но нет юридического. Доводы противников такой экспертной позиции сводятся обычно к ссылкам на возможность обострения заболевания после осуждения. Однако вменяемость определяется на момент совершения деяния и возможность дальнейшего ухудшения психического состояния не должна предрешать экспертную оценку.

 

Очевидно, что вопросы вменяемости при шизофренических ремиссиях нуждаются в дальнейшем изучении и более глубоком клинико-теоретическом обосновании.

 

Патоморфозу психопатий посвящены сравнительно немногие исследования, но он является очевидной клинической реальностью. Это отражается, в частности, в изменении соотношения причинных факторов в генезе психопатий: количество «ядерных» форм уменьшается и возрастает число «краевых» и «органических». При смягчении в целом клинической динамики заболевания большое значение в усугублении психопатических расстройств имеет алкоголизм.

 

В последнее время относительно новые судебно-психиатри-ческие проблемы возникают при оценке не только шизофрении, но и психопатий. В каждом случае необходимо тщательное изучение как динамики психопатологических проявлений, нередко обусловленных дополнительными экзогенными вредностями, так и мотивации правонарушения в плане его психологических или психопатологических механизмов. Динамические сдвиги в случае достижения психотического уровня (состояния декомпенсации, психопатические развития) становятся основанием для направления на принудительное лечение. При этом качественно изменены адаптация, мотивационная сфера, критические способности.

 

Состояния «глубокой психопатии» чаще всего служат причиной заключений о невменяемости при данной нозологической форме. Это связано с тем, что при глубокой психопатии особенно страдают прогностические возможности, а в противоправных действиях преобладает психопатическая и психопатологическая мотивация. Другой распространенной причиной невменяемости при психопатиях можно считать патологическое развитие личности с формированием паранойяльных идей. Хотя психопатии в целом стали более мягкими, стертыми, появились большие трудности в адаптации таких лиц, что, в свою очередь, создает определенные сложности судебно-психиатрической оценки.

 

Реактивные психозы являются одной из нозологических форм, претерпевших особенно существенный патоморфоз. В прежние годы, особенно в период массовых репрессий, они встречались очень часто и были значительно выражены, что объяснялось, в первую очередь, особенностями социальных условий того времени. Глубокая стрессовая реакция проявлялась выраженной психической дезадаптацией. Проявление таких психозов было различно. Больные нередко ползали на четвереньках, издавали звуки, имитирующие животных: лаяли, мяукали; лакали пищу из стоящих на полу мисок. Некоторые становились неподвижными, утрачивалась возможность контакта с ними. Другие гримасничали, пускались в пляс. В таких случаях было принято откладывать экспертное решение до выздоровления.

 

Однако в последние десятилетия указанные формы психоза стали очень редкими, преобладает более легкое однотипное течение. В основе такого реактивного состояния лежит механизм истерической фиксации, и нередко более целесообразно и клинически оправданно вынесение экспертного решения без ожидания полной редукции психопатологической симптоматики.

 

В то же время важно учитывать, что значительное число диагностических и экспертных расхождений обусловлено ошибочной диагностикой реактивного состояния (или декомпенсации психопатии) и несвоевременным распознаванием шизофрении. При неясности клинической картины в таких случаях правомерно воздерживаться от решения вопроса о вменяемости, рекомендуя направление на принудительное лечение до улучшения (или изменения психического состояния с обретением более ясной нозологической очерченности).

 

Нередко экспертные ошибки допускаются при оценке глубины интеллектуальных и волевых расстройств у больных с признаками умственной недостаточности, сосудистыми и органическими заболеваниями головного мозга. У названной категории больных под влиянием неблагоприятной ситуации могут возникать психотические картины, в структуре которых помимо признаков легкого реактивного состояния прослеживается усугубление присущих этим больным и ранее интеллектуально-мнести-ческих расстройств. Именно эти состояния, протекающие по типу «органического клише», нередко расцениваются как истинный интеллектуальный дефект. Такие состояния свидетельствуют об известной хрупкости психических процессов, но не об истинной глубине расстройств, дающей основание для признания невменяемости.

 

В последние годы активно совершенствуются медико-педагогические мероприятия в отношении больных олигофренией, более эффективными становятся реабилитационные подходы. Однако неплохая компенсация психической неполноценности, достаточная социальная адаптация могут значительно нарушаться в субъективно сложной ситуации, при внезапном изменении жизненного стереотипа. При судебно-психиатрической экспертизе требуются особенно тщательная ретроспективная оценка состояния таких больных, изучение временной связи декомпенсации с углублением расстройств психики, реакциями растерянности, психогенными проявлениями с периодом совершения правонарушения. Углубление интеллектуальной недостаточности может быть весьма кратковременным, что также осложняет экспертное решение в подобных случаях.

 

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Рейтинг@Mail.ru