ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО
ТЕСТЫ

Теория государства и права

48. ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРОЦЕДУРА

 

Наличие процедурных механизмов характерно для социально-нормативно­го регулирования вообще. Реализация практически всех разновидностей соци­альных норм нуждается в процедурах и соответствующих процедурных нормах. Ритуалы, церемониалы, иные обряды — все это виды процедур, связанные с со­циальной регуляцией. Вместе с тем процедурность (как и нормативность) на­шла наиболее полное выражение в правовом регулировании, где существуют целые процедурные отрасли: гражданское процессуальное право, уголовно-процессуальное право и др. И в этом плане процедурно-правовой механизм выступает как неотъемлемая часть, как важнейший внутренний («специально-юридический») механизм системы правового регулирования. Для последней процедурный механизм имеет сквозное значение: он обеспечивает действие всех ее трех блоков — регулятивного, охранительного, правотворческого.

 

Юридическая (правовая) процедура представляет собой систему, которая:

а) ориентирована на достижение конкретного правового результата;

б) состоит из последовательно сменяющих друг друга актов поведения и как деятельность внутренне структурирована правовыми отношениями;

в) обладает моделью (программой) своего развития, предварительно уста­новленной на нормативном или индивидуальном уровне;

г) иерархически построена;

д) постоянно находится в динамике, развитии;

е) имеет служебный характер: выступает средством реализации основно­го, главного для нее правового отношения.

 

Принципиально важна для понимания юридической процедуры и меха­низма ее действия категория основного отношения. Последнее представляет собой правоотношение, ради которого процедура возникает и реализации ко­торого служит. Основное правоотношение определяет природу юридической процедуры и существование ее разновидностей. Так, по признаку основного отношения процедуру в правовой системе можно поделить на материальную, процессуальную и правотворческую. Первые две разновидности относятся к правореализующим процедурам.

 

Для материальной процедуры в качестве основного выступает материаль­ное регулятивное правоотношение, в котором осуществляется нормальное, позитивное поведение участников. Для процессуальной процедуры главным является материальное охранительное правоотношение (в нем реализуются меры правового принуждения), а для правотворческой — правоотношение, в рамках которого существует и реализуется специфическое юридическое пра­во на правотворчество. Основное отношение правотворческой процедуры имеет также особое целевое назначение — формирование правовых норм.

 

Реализуя правовые нормы, процедура работает с основным правоотноше­нием в разных аспектах. Ее роль нужно оценивать с учетом того, что зарожде­ние, жизнь и прекращение правоотношения связаны с действием различных элементов правовой нормы, и процедура может быть формой опосредования любого из них и соответственно — любого этапа в развитии правоотношения. Так, материальная процедура применительно к своему основному (регулятив­ному) отношению может быть средством:

а) формирования юридико-фактической основы его возникновения;

б) установления существования отношения;

в) его непосредственной реализации;

г) прекращения отношения.

 

Процессуальная же процедура (процесс) имеет две цели:

а) выявление (установление существования) охранительного правоотно­шения;

б) его непосредственную реализацию.

 

Существенным признаком процедуры является наличие предварительно установленной модели (программы), в соответствии с которой она воплоща­ется в жизнь, в реальное поведение субъектов. В общем плане эта модель представляет собой определенный порядок, последовательность в соверше­нии действий, операций, то есть своего рода алгоритм, реализация которого должна привести к желаемому результату.

 

От того, как построена модель процедуры, что она собой представляет, за­висит и достижение намеченного результата. Поэтому, например, не случай­ны парламентские дебаты по процедурным вопросам. С тем или иным вари­антом построения процедуры не без оснований связывается результативность политического решения, соответствие достигнутого результата тем или иным политическим интересам. По этому поводу интересно высказался журналист Валерий Выжутович: «В той или иной настойчиво предлагаемой (или столь же решительно отвергаемой) процедуре, как водяные знаки текущего момента, проступают соотношение политических сил, перипетии борьбы за власть, тай­ные или явные намерения участников этой борьбы. За каждой процедурой -интересы. Депутаты, призывающие коллег «покончить с саботажем и начать наконец-то работать», не могут не понимать этого. Страстные воззвания не топтаться на процедурных вопросах — лукавы. В них отчетливо сквозит заин­тересованность, личная или групповая. Заинтересованность в определенном течении дел. А порядок течения дел обычно и предрешает их исход».

 

Модели юридических процедур могут быть как нормативными (которые содержатся в процедурных нормах), так и индивидуальными (то есть установ­ленными правореализующим договором или иным индивидуальным юриди­ческим актом), поэтому знание правил построения юридической процедуры, теоретических основ создания ее моделей необходимо как в процессе право­творческой деятельности, так и в процессе правореализации.

 

Нормативную модель процедуры нельзя сводить ни к отдельной проце­дурной норме, ни к какой-либо группе процедурных норм. Невозможно ее отождествить и с той или иной фактической процедурой. Нормативная мо­дель процедуры есть нормативный эталон, описание идеальной процедуры, то есть описание того, какой должна быть фактическая процедура. Норматив­ная модель имеет информационную природу и представляет собой содержа­ние целостной совокупности процедурных норм.

 

Каковы параметры и условия формирования надлежащих нормативных моделей процедуры? Здесь нужно обратить внимание на следующие моменты.

 

Возникновение основных норм (осуществлению которых процедура слу­жит) и процедурных норм должно быть синхронным. Речь идет о том, что со­здание нормативных моделей процедур не должно отставать во времени от тех норм и отношений, реализацию которых они призваны обеспечивать. Иное приведет к бездействию регулятивных или охранительных норм, к их омертвлению. На практике это требование означает, что законодатель дол­жен своевременно позаботиться о разработке проекта соответствующего про­цедурного нормативно-правового акта (или процедурного раздела в норма­тивно-правовом акте) с тем, чтобы основные и процедурные нормы могли быть приняты одновременно, в пакете нормативных актов или в едином нор­мативном акте.

 

В идеале процедурные нормы должны быть того же законодательного уровня, что и основные. Например, если нормы, которые процедура должна обеспечивать, закреплены законом, то и процедура должна быть установлена на уровне закона.

 

Основные и процедурные нормы с точки зрения содержания должны быть согласованы, взаимоувязаны. Базой для такого согласования должно быть содержание основных норм: процедурные нормы увязываются с основ­ными, а не наоборот.

 

Процедурные нормы следует по возможности помещать в тех же нор­мативных актах, в которых содержатся их основные нормы (на реализацию которых процедурные нормы направлены).

 

Процедурные нормы не должны касаться содержательной стороны ос­новных норм, а тем более противоречить им. Удел процедуры — порядок ре­ализации.

 

Процедуры, регламентирующие порядок реализации властеотношений, должны быть демократическими. Характер процедуры определяется, в пер­вую очередь, характером основного правоотношения, зависит от того, что процедура реализует. Однако юридическая процедура имеет и свое собствен­ное содержание.

 

Правовые процедуры должны по возможности полнее обладать качест­вами многовариантности и диспозитивности, то есть процедура должна предлагать различные варианты реализации основной нормы и предоставлять субъектам право самим выбирать порядок осуществления своих прав и обя­занностей, а в ряде случаев — определять его в договоре. Прежде всего, это касается сферы гражданского оборота.

 

Властные процедуры не должны быть бюрократическими. Бюрократиче­ской следует признать ту юридическую процедуру, которая:

а) служит официально провозглашенной в нормативно-правовом акте це­ли, бюрократической по своему характеру;

б) процедура, которая имеет социально полезную задачу, но построена та­ким образом, что работает не на эту задачу, а на самодовлеющие интересы бюрократической системы.

 

Последняя разновидность бюрократических процедур отличается искус­ственной сложностью, излишне формализованной структурой.

 

Юридическая процедура должна отвечать требованию доступности. Здесь имеются два аспекта. Первый — это доступность информационной мо­дели процедуры, доступность информации о порядке реализации тех или иных юридических норм. Второй аспект — это доступность реальных факти­ческих процедур, которая зависит от простоты порядка обращения в компе­тентный орган, надежности механизма «запуска» юридической процедуры. Практически этот вопрос означает то, какими условиями обставлено обраще­ние к властной структуре, каковы юридические предпосылки реализации права на возбуждение процедуры и величина денежных расходов на нее.

 

Нормативные модели процедуры должны отвечать требованию законно­сти. Данное требование лежит в русле проблемы законности самого законо­дательства. Нормативная модель процедуры должна соответствовать норма­тивным актам большей юридической силы (законность «по вертикали») и не вмешиваться в содержание основных норм, не противоречить им (законность «по горизонтали»).

 

Юридическая процедура должна обеспечивать необходимую для дости­жения правового результата степень детализации поведения и то же вре­мя быть рациональной, отвечать требованию достаточности. Речь идет о том, что должна быть оптимальной степень регуляционного проникновения процедуры в поведенческую ткань. Негативные последствия будут иметь ме­сто и тогда, когда этот урегулированный слой будет слишком «тонок», и тог­да, когда он будет слишком «толст».

 

Особое значение для процедуры имеет качество надежности. В работе процедуры недопустимы сбои, она обязана с высокой степенью вероятности обеспечивать наступление результата, гарантировать достижение поставлен­ной цели. Надежность системы часто связывается с ее простотой: чем проще система, тем она надежнее. Однако применительно к процедуре дело обсто­ит, скорее, наоборот. Надежность нормативной модели процедуры зависит от обеспеченности ее правовыми и иными гарантиями, оттого, насколько в ней учтены внешние условия ее функционирования, но самый главный специфи­ческий фактор для этого параметра — отработанность нормативной модели.

 

В принципе, любое нормативно-правовое предписание нуждается в «об­катке», в испытании временем. Но для нормативной модели процедуры этот момент имеет особое значение в силу того, что:

а) в процессе правотворческой разработки процедуры более велика веро­ятность ошибки, поскольку в детальной регламентации поведения трудно предусмотреть все обстоятельства;

б) эти ошибки воспринимаются более болезненно, ибо рвется поведенчес­кий алгоритм, приостанавливается процесс реализации основного отношения.

 

Поэтому процедура требует, особенно на первых порах своего существо­вания, пристального внимания со стороны законодателя, его быстрого реаги­рования на возможные срывы в работе ее нормативной модели.

 

Процедурно-правовая регламентация должна отвечать требованию после­довательности. Последовательность в развитии содержания является наибо­лее характерной чертой и важнейшей особенностью всякой процедуры, в том числе и юридической. Последовательность является содержательным качест­вом процедуры, а применительно к ее нормативной модели означает наличие требования строгой регламентации очередности действий, то есть определе­ние того, что должно быть сделано вначале, а что — потом. От того, насколь­ко правильно в процедуре выбрана последовательность осуществления актов поведения, зависят ее совершенство, оптимальность, эффективность. Недостаточно четкая регламентация последовательности действий, а тем более от­сутствие таковой, может привести к нарушению чередования актов поведе­ния в процессе фактической реализации процедурной модели.

 

При анализе такого свойства юридической процедуры, как последователь­ность, возникает вопрос: что еще должно быть отражено в процедурной фор­ме (в нормативной модели процедуры), кроме последовательности в актах поведения? При ответе на этот вопрос прежде всего нужно исходить из того обстоятельства, что процедурно-правовые нормы — это юридические нормы. Как и любые юридические нормы, они регулируют поведение, имеют дело с поведением людей, а следовательно, со всеми теми моментами, которые при­сущи правовому регулированию вообще. Поэтому в данном случае нужно ориентироваться на общие закономерности правового регулирования, а так­же учитывать специфику процедурной регламентации.

 

Таким образом, нормативная модель процедуры должна определять:

а) целевое назначение процедуры;

б) тип основных отношений;

в) круг лиц, участвующих в процедуре, поскольку для реализации основно­го отношения могут понадобиться дополнительные субъекты помимо тех, что участвуют в основном правоотношении;

г) акты поведения, которые могут или должны совершить участники про­цедуры;

д) последовательность совершения актов поведения;

е) сроки (время) и место осуществления как отдельных процедурных дей­ствий, так и процедуры в целом;

ж) правовые средства, обеспечивающие функционирование процедуры.

 

Процедура, выполняя в правовой системе роль гаранта, сама нуждается в средствах обеспечения: юридических, материальных, организационных и др. Одним из главных требований, предъявляемых к нормативной модели юри­дической процедуры, является ее обеспеченность правовыми средствами.

 

Правовые средства обеспечения нормального функционирования проце­дуры разнообразны. Их можно поделить на меры правового принуждения (правовые санкции) и специфические меры процедурной «самозащиты». По­следние охватывают такие юридические последствия игнорирования предпи­саний процедурных норм, как недостижение правового результата: у наруши­теля, например, не возникает необходимого ему субъективного права или он не может реализовать то право, которое у него имеется.

 

Реализация права нуждается в применении процедурных форм в следую­щих случаях.

 

Во-первых, для регламентации процесса правового принуждения, осуще­ствляемого в рамках охранительных правоотношений. Отсутствие процедур­ного обеспечения этих отношений чревато опасностью, с одной стороны, на­рушения законности, существенного ущемления прав граждан, а с другой — бездействия санкций. Проф. О.Э. Лейст справедливо пишет: «Порядок (про­цесс, процедура) реализации ряда санкций требует детального нормативного регулирования, без которого многие правоограничения, определенные санк­цией, практически не осуществимы». Процедурное обеспечение в данном случае осуществляется на основе процессуальной процедуры (на основе юриди­ческого процесса).

 

Во-вторых, для процедурного опосредования тех регулятивных норм, кото­рые вообще не могут быть реализованы без помощи надлежащей процедуры. Такие регулятивные нормы имеются почти во всех материальных отраслях права (за исключением уголовного). Сюда входят случаи как регламентации позитивного применения права, так и процедурной реализации правовых норм в ординарных формах, без правоприменения. Здесь речь идет уже о матери­ально-правовой процедуре.

 

В-третьих, для оптимизации процесса реализации регулятивных норм. По­следние в данном случае могут, в принципе, обойтись и без процедуры, одна­ко процедурные нормы призваны здесь установить наиболее эффективный для достижения правового результата вариант поведения участников регуля­тивного правоотношения. В этом качестве возможности процедуры велики. Но не безграничны. Материально-процедурные формы должны развиваться в разумных пределах. Процедура — сильнодействующее правовое средство. Чрезмерное увлечение им способно привести к излишней зарегламентированности социальной сферы: сокращению вариантов позитивного, правомер­ного поведения, снижению оперативности в деятельности государственных органов, перегруженности системы законодательства нормативным материа­лом и т. д.

 

Существование объемных и сложных процедурных форм оправданно в процессуальных отраслях: ошибки в выявлении и реализации охранительных правоотношений грозят человеку и обществу большими бедами, и в процес­суальной сфере внимание уделяется в первую очередь надежности процеду­ры в свете требований законности, а затем уже — затратам процессуальных средств. При формировании же материально-правовых процедур следует в равной степени учитывать все аспекты процедурного регулирования, в част­ности возможность наступления отмеченных выше негативных последствий.

 

Изложенное позволяет сделать вывод, что процедурный механизм в праве — это, по существу, и есть тот самый механизм реализации закона, об отсутст­вии которого так часто говорят. Ибо юридическая процедура призвана после­довательно, шаг за шагом определить поведенческие акты управомоченного и обязанных ему лиц на пути к достижению объекта интереса. Процедурная форма детально регламентирует, к кому, в какие сроки, каким образом дол­жен обратиться управомоченный за реализацией своего права, как и в каком порядке он может защитить его от нарушения и т. д. Последовательная реализация процедурного алгоритма должна неизбежно приводить к наступлению желаемого результата.

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97

Рейтинг@Mail.ru